Провинция Ляонин, Китай
Территория провинции являлась частью древнего царства Чу, позже вошла в состав империи Цинь. Отдельная провинция Аньхой была создана в 1667 году, после завоевания Китая маньчжурами, путём объединения округов Аньцин и Хойчжоу, и названа по их первым слогам
Журнал "Россия и Китай" №22
Журнал "Россия и Китай" №22 в формате 
PDF (8Mb) Об издании
Вход

Статьи и новости

Переводчик - самая важная профессия

Каждый считает, что его профессия – самая важная. Но вряд ли кто будет спорить с тем, что в сфере международных отношений практически невозможно обойтись без переводчика.

Пять лет арендовал Советский Союз свободный китайский порт Далянь (тогда его называли Дальний) после завершения  освободительной операции Советской Армии в Китае. Пять лет советские военные и специалисты помогали восстанавливать мирную жизнь на востоке Ляодунского полуострова. И без помощи переводчиков было не обойтись. К работе привлекались все, кто хоть в какой-то степени владел русским языком.

Присутствие советских солдат, оказывается, стало стимулом для многих китайских детей того времени приступить к изучению русского языка. Поэтому в те годы Дальний, наряду с Харбином, стал «кузницей кадров» переводчиков китайского языка

И вот, во время моей поездки в Далянь в самом начале июня этого года, мне удалось собрать в стенах медицинского центра «Шэньгу» (именно в «Шэньгу» базируется Даляньское отделение Китайско-Российского общества дружбы) сразу четырех переводчиков – свидетелей тех самых далеких времен!

Вот что писал про те времена в своей книге «Прорыв на Харбин» генерал армии, дважды Герой Советского Союза Афанасий Павлантьевич Белобородов, после войны командовавший советским войсками на Ляодунском полуострове:

- Как и в Харбине, и в других маньчжурских городах, санитарное состояние Порт-Артура, его Старого и Нового города, и особенно той части, которую заселяла китайская беднота, было очень плохое. Медицинское обслуживание здесь практически отсутствовало. Людей тысячами косили тяжелые заболевания, свирепствовал так называемый комариный энцефалит. Один укус переносчика этой болезни — комара, и человек умирал, а в лучшем случае оставался калекой. Наши медики во главе с полковником Петром Игнатьевичем Кактышем обнаружили, что комар гнездится и размножается в городских трущобах и заброшенных сырых подвалах, провели громадную работу по дезинфекции, и болезнь на глазах пошла на убыль. В городе и окрестностях были созданы медицинские пункты, где военные медики вели прием больных. Их было столько, что наши врачи и медицинские сестры трудились по 12-16 часов в день.

Все попытки установить деловой контакт с чанкайшистскими властями не давали никаких результатов. Иван Прокофьевич Коннов и Никита Степанович Демин много раз встречались и с главой провинциального правительства, и с его помощниками, доказывали, что пассивность местных властей, их нежелание оказать нам помощь в тех же санитарно-медицинских мероприятиях пагубно сказывается в первую очередь на здоровье китайских подданных. Чанкайшисты обещали, назначали сроки, присылали в штаб письменные уведомления, где на шелковистой рисовой бумаге черной тушью иероглифами были начертаны тысячи извинений и пожеланий долгих лет, процветания и крепкого здоровья, а по делу — ничего. Приезжал к нам и личный представитель Чан Кай-ши,  генерал, устраивал банкеты, но у нас создалось впечатление, что единственное, чего он всерьез добивается – это вынудить советских командиров произнести тост о доблести и добродетелях генералиссимуса Чан Кайши.

Со второй половины 1948 года военно-политическая обстановка в окружавших нас районах Китая стала быстро и резко меняться. Народно-освободительная армия одерживала над чанкайшистами одну победу за другой, и продвигалась на юг страны. Вскоре Чан Кайши с остатками своих войск бежал на остров Тайвань, под защиту американских авианосцев и линкоров, а 1 октября 1949 года была провозглашена Китайская Народная Республика. Несколько месяцев спустя к нам в Порт-Артур прибыла. большая делегация во главе с премьером Государственного административного совета КНР Чжоу Эньлаем. После торжественного церемониала встречи на аэродроме, когда ехали в машине в город, он предложил:

- Давайте устроим общее собрание советских и китайских солдат, командиров и политработников! Мне хотелось бы от имени китайского народа передать советским товарищам чувство братской благодарности, которую мы к вам испытываем!

На собрании, где присутствовало более тысячи советских и китайских военнослужащих, Чжоу Эньлай выступил с большой речью. Он говорил, что китайский народ и его Коммунистическая партия никогда не забудут подвиг Советской Армии, разгромившей японский империализм, освободившей Северо-Восточный Китай и подавшей руку братской помощи китайской Народно-освободительной армии. - Пример родины Ленина, родины Октябрьской революции всегда был для нас путеводной звездой, — заключил он. - Вы — наши старшие братья! Позвольте вручить вам от имени ваших младших братьев это знамя. На нем вышиты слова, которыми народ Китая благодарит советский народ и его армию за все, что вы для нас сделали!".

По программе пребывания Чжоу Эньлая в Порт-Артуре мы должны были показать ему новую технику и вооружение, но он сказал, что с нашими танками, артиллерией, самолетами хорошо знаком, и хотел бы побывать только на подводных лодках, поговорить с китайскими моряками, которые у нас учились. Побывав на этих подлодках, он сказал мне, что китайские матросы чувствуют себя на наших кораблях как дома, как в своей боевой семье, и с помощью советских моряков успешно овладевают сложной боевой техникой. Большую благодарность он просил передать в Москву и от гражданского китайского населения, проживавшего на Ляодунском полуострове.

………

Шесть лет пробыл я в Порт-Артуре. Общался со многими китайскими коммунистами — и руководителями, и рядовыми работниками, - и вот какое впечатление вынес тогда из бесед с ними: китайский народ хорошо помнит бескорыстную помощь, которую в тяжелые для него времена оказали ему советские люди и в боях против японских оккупантов, и в борьбе с чанкайшистами, и в первые годы после окончания гражданской войны, когда в Китайской Народной Республике начался бурный рост экономики вообще и тяжелой промышленности в частности. 

 

Но вернемся к встрече в медицинском центре «Шэньгу». На нее тогда пришли: профессор Даляньского университета иностранных языков Чжао Шуньжэнь, бывший переводчик и руководитель Даляньского хора русской песни Ли Чуангао, профессор русистики Мао Шучжи и Гао Чжэцзян, с которым я знаком уже двадцать с лишним лет, и который для меня просто Учитель Гао!

Получилось так, что все четверо знакомы друг с другом, но давно уже не встречались, и тем более все вместе! Но каждый знает журнал «Россия и Китай», и ни один из  них не отказался от приглашения встретиться с главным редактором этого журнала! Даже Учитель Гао (который тогда только что выписался из больницы, и был сильно ослабший после тяжелой болезни) пришел в «Шэньгу» на эту встречу!

А помогла мне их собрать в «Шэньгу» Мира Максимова, наш представитель в Даляне. Как и полагается в таких случаях, мы с ветеранами выпили за встречу, за знакомство, и я попросил каждого немного о себе рассказать. В первую очередь меня интересовал вопрос – почему много лет назад решил учить именно русский язык, и какую роль он сыграл в судьбе каждого из наших гостей?!

Мы по очереди обратились к каждому из них.

 

- Здравствуйте, друзья! Мне очень приятно встретиться с вами сегодня. Меня зовут Ли Чуангао. У меня есть и русское имя – Саша. Я родился в 1933 году. Впервые я увидел советских солдат в 1945 году в своей деревне в уезде Тиньжу. Год спустя советские военные построили рядом с деревней аэродром, поэтому в нашем доме жили солдаты советской Красной армии. У тех в нашей деревне, у кого были свободные комнаты в доме, селили солдат. Помню, что тогда впервые попробовал не только хлеб, но и махорку. В свою очередь советские солдаты не отказывались от китайской водки.  Мы очень подружились с теми из солдат, которые жили у нас. К сожалению, я был тогда маленький, и не догадался записать их имена. С тех времен, с самого детства помню песню «Три танкиста», и многие другие тоже. Любовь к русской песне много лет спустя подтолкнула меня к тому, чтобы создать в Даляне хор русской песни, о котором вы так хорошо написали в своем журнале!

Но вернусь к тем годам! В средней школе русскому языку в течение трех лет нас учила жена советского офицера. После окончания школы я поступил на работу в городскую администрацию и меня отправили на курсы русского языка в Далянь на два года. После я работал переводчиком. Вначале было очень сложно, я с трудом понимал, что говорили мне по телефону. Именно тогда моим учителем русского языка стал Гао Чжэцзян! Мы с ним вместе работали, в частности, в ходе сложной компании по поводу вывода Советской Армии из Китая. Советская Армия выводила войска в конце мая 1955 года, а  с февраля по апрель 1955 года устраивались торжественные вечера Дружбы. Цикл этих вечеров сформировал особую атмосферу в Даляне, позволил лучше узнать русский характер, который еще в детстве произвел на меня глубокое впечатление. Я не ошибусь, если скажу, что население нашего города до сих пор питает глубокое чувство дружбы к россиянам. В связи с этим, с тех пор, как я вышел на пенсию, я участвую в хоре русской песни. Я считаю, это оказывает хорошее влияние на укрепление дружбы между нашими народами. С хором я несколько раз ездил в Россию. Дважды был в Хабаровске, по два раза в Москве и Санкт-Петербурге. Мы выступали перед ветеранами и населением этих городов. Они очень хорошо встречали наш хор. Всем нравились наши выступления. К сожалению, в нашем хоре только люди пожилого возраста, а молодежи нет. Самому младшему 60 лет, самому старшему – 81. Это проблема, и мы думаем как её решить, как привлечь к нам молодежь. В 9-м номере журнала «Россия и Китай» мы прочитали предложение о совместном исполнении известной советской песни «Если бы парни всей земли вместе собраться однажды смогли» Государственным Ансамблем российской армии им. А.В. Александрова вместе с хором НОАК, которым руководила генерал-майор Пэн Лиюань (супруга Председателя КНР Си Цзиньпина - ред.). И решили тоже выучить эту песню на русском и китайском языках с тем, что нас, может быть, тоже пригласят на такое выступление! Такие бы проекты привлекли к нам молодежь.

Я рассказываю участникам нашей встрече о проекте Миры Максимовой по проведению в Даляне фестиваля русской песни. Ведь именно здесь, в Дальнем-Даляне, Россия и Китай были тесно связаны, Далянь и поныне очень популярен у русских туристов. 

Рядом с Ли Чуангао сидит Гао Чжэцзян, Учитель Гао. Мы в 4-м номере нашего журнала (все номера «Россия и Китай» можно найти на нашем сайте www.owasia.org) публиковали его большую статью, где он подробно рассказал о себе, о том, как вошел в его жизнь русский язык. Он родился в крестьянской семье в районе Цзиньчжоу, рядом с Далянем (теперь там свободная экономическая зона). Гао Чжэцзян был самым младшим из шести детей.

- Жили, конечно, бедно, в неурожайные годы голодали. Но родители старались выучить нас, дать образование, – рассказывал Учитель Гао. - Интерес к русскому языку возник тогда, когда я впервые увидел русских в 1945 году, после освобождения Северо-востока Китая советскими войсками. Тогда мы все горячо приветствовали их как освободителей от японских оккупантов. Хотелось с ними поговорить, расспросить про Советский Союз, который в те времена для нас был примером во всем! Тогда я и решил выучить русский язык. Тем более что Председатель Мао Цзэдун призывал: «Учиться у Советского Союза!». Одним словом, я поступил в Институт русского языка в Даляне, в котором учился с 1948-го по 1950-й год. Теперь, по прошествии шестидесяти лет, я могу сказать  что это решение и сформировало всю мою жизнь, которая навсегда стала, благодаря русскому языку, связанной с Советским Союзом, с Россией, с русскими людьми – рассказывал тогда в журнале Гао Чжэцзян. В конце своей статьи он написал: «Пусть журнал играет большую роль в развитии и укреплении великой дружбы между китайским и русским народами, потому что наша дружба далась очень нелегко, она скреплена кровью и жизнями наших народов.  Поэтому ее надо хранить как зеницу ока!».

Много лет Гао Чжэцзян преподавал в Даляньском медицинском институте, многие его студенты стали известными, уважаемыми людьми, и все они любовно называют его  Гао-лаоши, то есть Учитель Гао. Работал переводчиком в одном из первых, еще советско-китайском, совместном предприятии «Дахай» в Даляне, затем в СП «Ангара – Бихай» в Иркутске. Да и сегодня, несмотря на свой преклонный возраст, помогает, по мере возможностей, всем, кто в его помощи нуждается. Учитель Гао сохранил прекрасную память, любит при случае рассказать анекдот, которых знает немало.

 

В разговор вступает еще один участник нашей встречи, Мао Шучжи (русские коллеги и знакомые зовут его Владимиром Григорьевичем Моисеевым):

- Это интересная история, почему я начал изучать русский язык. Еще ребенком от моего отца я узнал, что мой дед плавал на русском судне боцманом и научился прекрасно говорить по-русски. Потом работал переводчиком на строительстве железной дороги до Даляня. Дед учил русскому языку моего отца, а мой отец – меня. В 1945 году Красная Армия,  начав операцию по освобождению Китая от японцев, пересекла Амур и вступила в наш поселок недалеко от города Хэйхэ. Хотя у нас было много полукровок, но  именно тогда я впервые увидел настоящих советских солдат! Стали искать русскоговорящих людей, поселок организовал встречу в сельской школе, там поставили столы и устроили банкет. И мы, будучи еще детьми, наблюдали за всем через стекло. Я впервые увидел, как солдаты мучались с палочками. Потом все начали танцевать, а в конце вечера показали мультфильм. Я до сих пор помню кадр из мультфильма: на подсолнух прилетела птичка, потом улетела...

Однажды, идя по берегу Амура в школу, я стал свидетелем знаменательного для меня сюжета: на корабле из России привезли в Китай подарки – коней и машину ГАЗ-69. Переводил во время торжественного мероприятия, проходившего прямо на палубе, молодой переводчик-китаец в солидном костюме. Он произвел на меня глубокое впечатление. Так появилась мечта – стать переводчиком, чтобы увидеть большой свет, чтобы узнать, что находится по ту сторону Амура, в Союзе.

В средней школе русскому языку нас учила Нина Фан. Она русская, но вышла замуж за китайца, поэтому у нее была китайская фамилия. Учил нас и бывший танкист Кузнецов. Я очень обязан моим учителям. После окончания школы я начал готовится к поступлению в вуз. Преподаватели посоветовали поступать на русский факультет. Так, в 1958 году после успешной сдачи экзаменов  я был принят на русский факультет Харбинского университета иностранных языков, где проучился 5 лет. Интересно было тогда! В Харбинском университете нас учили советские языковеды. Когда между нашими странами "пробежала черная кошка", они вернулись на родину. После этого нас учили русские эмигранты. Я очень хорошо помню нашу преподавательницу Анну Викторовну Черных. Она уехала с отцом во Францию. Я очень благодарен своим учителям за то, что научился говорить по-русски. Не будь их, я бы не знал язык, не ездил бы в Россию, не имел бы русских друзей!

 

-А ваши дети? Пошел кто-нибудь по Вашим стопам?

- Нет, к сожалению. Недавно из Америки приезжал мой сын, я ему сказал: - У меня много пособий по русскому языку, кому я передам весь этот материал?! - Хотя, кто знает, может быть мой внук заинтересуется русским языком в будущем. В наши годы во всех школах и институтах преподавали русский язык. Я окончил институт на одни пятерки, поэтому меня оставили преподавать. Из 120 студентов оставили только двоих, в том числе и меня. Много воды утекло с тех пор, много событий произошло, много всего сделано… Приходилось и преподавать (за кафедрой я провел 26 лет!), и заниматься переводами. Например, с Чжао Шуньжэнем (с ним я познакомился, когда он был деканом в Харбинском университете) мы вместе переводили некоторые произведения, такие, как «Неоконченный портрет» Александра Чаковского, вместе с языковедом из Ивановского университета Сергеем Чепковым составили в соавторстве несколько словарей. Помню свой первый перевод, статью научно-популярного характера под названием «Подводное богатство». Пробовал переводить романы, повести. Когда работал над повестью «Полуденные сны» Петра Проскурина, очень трудно было перевести название. Я придумал «Сны – не сны. День – не день». Получилось очень романтичное название. Тогда редактор очень похвалила меня за мой выбор. Переводчик всегда находится в таком поиске. За каждым словом целое понятие, концепция. И порой бывает сложно выбрать подходящее слово.

Благодаря знанию русского языка на сегодня я объездил всю Россию и некоторые страны СНГ. Очень доволен прожитой жизнью, хотя, конечно, было в ней и немало трудных минут.

 

Профессор Даляньского университета иностранных языков Чжао Шуньжэнь родился в Шэньяне в 1934 году. Вот его история:

- В 1954 году, в годы первой китайской пятилетки, когда стране потребовалось большое количество переводчиков русского языка, я поступил в Харбинский институт иностранных языков. Потом институт переименовали в Хэйлунцзянский университет. После окончания института в 1958 году я поступил в Пекинский институт иностранных языков на курсы высших переводчиков, где учился четыре года. Это была продвинутая переводческая группа русского языка,  известная в то время по своему неформальному названию – "колыбель дипломатов". Со всего Китая в нее набрали всего десять человек! Курс  русского языка вела высококвалифицированная специалист, преподаватель Ленинградского университета профессор Матвеева. Во второй половине 1960 года Матвеева уехала обратно вместе  с большинством советских специалистов. Заменила Матвееву жена Ли Лисаня (Ли Лисань – один из деятелей Компартии Китая - ред.) – преподаватель Пекинского Института иностранных языков, профессор  Елизавета Павловна Кишкина ("Лиза"). В дальнейшем  мои знания русского языка и переводческое мастерство серьезно укрепили уроки перевода профессора Гао Мина. В 1945 году, когда советская Красная Армия освобождала Северо-Восток, Гао Мин был переводчиком маршала Василевского, одним словом – он был известной фигурой в отечественном сообществе переводчиков.

В 1961 году Государственный департамент утвердил мою кандидатуру (а также еще одного нашего студента) для поездки на учебу в Московский университет, на пятилетний срок. Но в связи с ухудшением отношений между СССР и КНР советское правительство не подтвердило свое согласие принять китайских студентов, из-за чего я очутился в Бюро переводов Министерства иностранных дел и начал работать в отделе переводчиков. А в Москву, в Посольство КНР в СССР я попал в 1969 году, но уже в качестве дипломата. Помню, когда отмечали юбилей образования КНР, я познакомился с артисткой Большого театра Кариной Матросовой – заслуженной артисткой СССР. Я с ней переписывался в течении пяти лет, несколько раз встречался в Москве. Когда я работал в МИДе, мне довелось переводить Косыгина и Громыко. Встречи с ними оставили глубокое впечатление, так как и тот, и другой были высокообразованными, культурными личностями, при этом они говорили простым, понятным языком. Переводить их было легко.

В Далянь я попал в 1973 году, когда Госсовет командировал в создаваемый Даляньский институт иностранных языков сто преподавателей таких языков, как английский, французский, русский, немецкий, испанский, арабский и другие языки.  Среди этих специалистов был и я, Чжао Шуньжень. Только тогда мы, наконец, воссоединились с женой, с которой прожили много лет порознь в разных городах. 

В начале 70-х годов  прошлого века преподавание иностранных языков было делом нелегким, т.к. не было электронного оборудования, не было носителей языка – приезжих иностранных учителей. После оттепели советско-китайских отношений в 80-х годах  я начал преподавать уроки перевода студентам из Советского Союза, чем и занимался в течение 25 лет. В 1985-м и 1990-м годах мои студенты основного курса ВУЗа дважды занимали призовые первые места в  национальном конкурсе русского языка, и правительство Даляня присвоило мне звания "Выдающийся педагог" и "Отличник образования".

Сейчас я работаю в компании моего сына в качестве консультанта. Они более 10 лет занимаются торговлей с Россией. Продолжаю работать в институте, занимаясь переводами и составлением словарей. Всю жизнь, как в государственном учреждении, так и в ВУЗе я работаю с русским языком, и всю жизнь служу своей Родине и народу, служу делу укрепления и развития дружбы между народами Китая и Росссии.

 

В этих коротких рассказах отображен целый пласт отношений между нашими странами. Мои собеседники входили в жизнь в те времена, когда китайцы искренне считали СССР своим «старшим братом». Сейчас нет ни старшего, ни младшего брата, есть два государства-соседа, связанные историческими узами.

Мои собеседники скромно умолчали, что было с ними, например, во времена "культурной революции", когда знание русского языка приходилось скрывать, когда оно становилось поводом для различных немыслимых обвинений.  Об этом каждый из присутствующих мог бы написать собственную книгу. Тогда были тяжелые времена, испытаниям подвергались не только люди, но и их вера в правильность своего выбора, которым стал русский язык, испытаниям подвергалась и искренняя любовь к этому языку, к его носителям – русским людям, к великой культуре, которую создал русский язык…

К счастью, случилось неизбежное – когда были отброшены идеологические разногласия, и была сделана ставка на экономическое сотрудничество, отношения между нашими странами сначала отрегулировались, а потом доросли до уровня «стратегического партнерства». Кардинально изменился Китай, Россия тоже изменилась, и не понятно, в какую сторону. Хотя в СССР было много проблем и ограничений, но все-таки было и много хорошего: обеспечение жильем, бесплатное образование. Я считаю, что мы все равно в будущем вернемся к социализму, в той или иной форме. Капитализм – это тупик. Мы видим это по Америке и Европе. Это тупик и экономический, и моральный. Китай объявил о построении среднезажиточного общества. По сути, это и есть тот "реальный социализм", который не успел построить Советский Союз. Наши страны, таким образом, вновь сойдутся и на идеологическом уровне, как сейчас сошлись на экономике.

Партнеры

Российский центр при Китайской ассоциации по развитию предприятий за рубежом
Русско-Азиатский Союз Промышленников и Предпринимателей (РАСПП)
Межрегиональный совет Российско-Китайского комитета дружбы, мира и развития
Фонд «Дом русско-китайской дружбы»

 

 


Китай : Города и провинции

 
 
 
© 2008-2017  All rights reserved